“Аббас вынужден выступать с не менее громкими политическими заявлениями о скорейшем восстановлении палестинского государства в границах 1967 года, возвращении его столицы в Иерусалим и тому подобном”.
В трагические дни исхода из Газы израильтяне в очередной раз продемонстрировали готовность идти на односторонние уступки, отчаянно уповая, что их если и не полюбят, то хотя бы согласятся терпеть, не убивая без разбору всех, до кого дотянутся. Арабы в очередной раз показали элементарное отсутствие не только миролюбия, но и человечности, обстреливая автобусы с выезжающими и выселяемыми и устраивая новые и новые теракты внутри “зеленой линии”. Западные же (и тянущиеся за ними российские) масс-медиа в очередной раз проявляют полное непонимание того, что происходит, или попросту нежелание видеть и говорить правду.
Абсолютно невозможно "восстановить палестинское государство в границах 1967 года", потому что не было никогда такого государства - ни в таких, ни в иных границах. И Иерусалим никогда не был столицей ни "Палестины", ни какого-либо иного арабского государства - ни до 1967 г., ни тысячу, ни полторы тысячи лет назад.
Недостаток образования у политиков и журналистов, а также путаница в терминологии применительно к Ближнему Востоку почему-то никогда не играет на пользу израильтянам. Неверное употребление географических названий или названий народов в средствах массовой информации является мощным орудием для формирования общественного мнения. Хочется наконец донести до собратьев по языку, что неприлично употреблять всуе слово "палестинцы", не зная толком, что это такое.
Есть продолжене ниже.
Откуда взялось слово
В последнее время как-то незаметно сделалось привычным, что евреев, живущих в Палестине, называют израильтянами, а арабов - палестинцами. И если первое достаточно оправдано – за три-четыре поколения из разноязыких и разнокультурных евреев там сложилась новая общность, заметно отличающаяся от еврейских общин в других странах, то второе отнюдь не столь очевидно. В слове "палестинцы" содержится так много исторических наслоений, курьезов, простодушных ошибок, злонамеренных искажений или политических фантазий, что полезно обратиться к истокам этого термина.
Первыми, кого называли "палестинцами", были древние филистимляне. Так в русской библейской традиции именовали племена, обитавшие в узкой прибрежной полосе Восточного Средиземноморья (именовавшейся Ханааном) три с лишним тысячи лет назад. Несколько лет назад эти филистимляне много мелькали в сводках новостей. Впервые за всю историю археологических исследований в филистимлянских городищах к югу от центральной части Израиля (в Тель Микне) были найдены надписи. Современный Тель Микне отождествляется с библейским Экроном, одним из пяти городов филистимлянской конфедерации (четыре других - это Ашдод, Ашкелон, Гат и Газа).
Кем были эти филистимляне, известно довольно точно. Ученые считают, что вероятнее всего они были выходцами с острова Крит, а до этого они могли обитать в материковой Греции. Были они представителями так называемых "народов моря" – древних южноевропейских путешественников (известные по древнеегипетским надписям шердани – это, видимо, сардинцы, дануну – данайцы и др.), с женами и детьми скитавшихся в лодках по Средиземному морю и высаживавших воинственные десанты на побережье Египта или Ханаана около трех с половиною тысяч лет назад. По древнеегипетским источникам (каменным стелам, воздвигнутым в честь успешных боев) известно, что фараоны имели немало битв с “народами моря” и, в конце концов, выгнали их из своей страны.
Те отряды (или племена), что высадились не на юго-восточный (египетский), а на восточный (ханаанейский и все более израильский – в результате аккультурации) берег Средиземного моря, были более удачливы. Они смогли закрепиться, потеснив древнейшее ханаанейское население. Они-то и явились теми, кого русская огласовка именовала филистимлянами. Интересно и глубоко показательно, что их племенное название в древнееврейской огласовке – плиштим, а также на ассирийском языке - пилишти/паласту значило “чужаки”, “явившиеся”, “захватчики”. Это доказывает, что они были "явившимися", "пришельцами" по отношению к той территории, которую населили, – именно так они выглядели для евреев, которые уже жили на этой территории. В тексте Библии эту прибрежную полоску земли называют Плешет, что соответствует старому русскому Филистия - так в библейском переводе читали древнееврейские буквы. Показательно, что канонический перевод еврейской Библии на греческий, выполненный в 3 веке до н.э. (Cептуагинта), переводит слово "плиштим" как "чужестранцы". Забегая вперед, замечу, что трудно удержаться от сарказма, вспоминая, что именно филистимлянами-чужестранцами хотят называться нынешние арабы.
На протяжении столетий и тысячелетий это слово претерпело множество метаморфоз. Так, триста с лишним лет тому назад слово "Philistine" стало обозначать невежественного, прозаического, самодовольного типа, которого интересуют исключительно материальные, а не духовные или художественные ценности. В русский язык это понятие пришло из немецкого – “филистер”.
Таковое употребление древнего библейского слова появилось в 1687 г. в Германии в результате распри между бюргерами города Йены и студентами тамошнего знаменитого университета. Злобные обыватели решили проучить шибко ученых (и, возможно, шумных) студентов и чересчур либеральных профессоров, учинив погром образованных. Студенты не сидели сложа руки и перешли в наступление. Но это не было началом студенческих беспорядков в Европе – школяры любили бузить непосредственно с возникновения первых университетов в XII в. Распря оставила после себя несколько покойников и подвигла местное духовенство, выступавшее усмирителем воюющих сторон, обратиться к горожанам с проповедью, провозглашавшей важность образования. Для проповеди пастор выбрал темой то место из Святого Писания, где коварная Далила среди ночи завопила, дабы искусить простодушного сластолюбца Самсона: "Филистимляне идут на тебя!" (Книга Судей, 16:9).
Слово "филистер" (Philister) - так в немецкой традиции звучит "филистимлянин", - скоро стало в студенческом обиходе обычным обозначением темных обывателей, настроенных злобно и отрицательно по отношению к знаниям и агессивно по отношению к их носителям. Толковый словарь дает следующие значения этого слова: "Бюргер, человек без воображения, вульгарный тип, человек с узкими взглядами, педантичный, некультурный, банальный". В еврейской англоязычной газете "Palestine Weekly" (“Палестинская неделя”) от 5 ноября 1920 года обозреватель О.Мар, исследуя этот вопрос, писал, что немецкие студенты перед окончанием учебы любили распевать старинную студенческую песенку, которая в моем переложении звучит примерно так:
Последний нонешний денечек
Гуляю с вами я, друзья.
Не будет пред зачетом ночек,
Филистимлянин буду я.
Известный битанский эссеист и поэт Мэтью Арнольд был, по всей видимости, первым, кто употребил это слово по-английски в конце прошлого века. Переводя "филистер" на английский, он писал, что этот термин должен обозначать "кондового, упрямого, темного противника детей просвещения".
Возвращаясь к собственно филистимлянам, обретавшимся в Земле Обетованной, напомним очень важный факт, отмеченный в начале нашего текста: изначально географическое название "Филистия" относилось лишь к филистимлянскому Пятиградью (Экрон, Ашдод, Ашкелон, Гат и Газа) или узкой прибрежной полосе земли нынешней Эрец Исраэль. Однако спустя тысячу с лишним лет, во II веке н.э., после поражения второго иудейского восстания (Бар-Кохбы, 135 г.) римские завоеватели Земли Израиля, изгнав большую часть еврейского населения и желая стереть из памяти потомков связь этой страны (именовавшейся тогда Израиль и Иудея) с евреями, вспомнили про древних филистимлян. Они переименовали Израиль в “Филистимскую часть Сирии” (Syria Palaestinei, что буквально переводится "Палестинская Сирия") и присоединили его к уже существовавшей римской провинции Сирия (впервые же выражение "Сирия Палестинская" встречается еще у Геродота – об этом вспомнили придворные историки императора Адриана, когда выполняли его политический заказ).
Название это пережило и филистимлян, и римлян (подобно тому, как название страны Сирия пережило древних сирийцев, истребленных и ассимилированных арабскими завоевателями после ухода оттуда римлян и византийцев). В Средние Века название "Палестина" (именно в такой огласовке - латинской, а не более старой еврейской и греческой оно существует последние столетия) ассоциировалось с библейской землей, захваченной сарацинами - так тогда называли в Европе арабов. Сами сарацины, кстати, воспользовались этим названием, когда вторглись в опустошенную Землю Израиля в 638 г. н.э. И тогда Земля Израиля стала провинцией Фаластын арабского халифата (интересно, что арабское произношение комически возвращает ассоциации к филистимлянам и филистерам). Тогда в Палестине поселились первые арабы. Их никогда не было много. Страна много веков была почти безлюдной пустыней. Арабских правителей спустя четыре столетия на долгие века сменили крестоносцы и турки, а название Палестина осталось. Так в Европе называли библейскую Святую землю - родину евреев.
В европейской романтической поэзии "Веткой Палестины" называли еврейских, а отнюдь не арабских, красавиц. С конца XIX в. со словом "Палестина" связывалась формировавшаяся тогда идея еврейского государственного и национального очага на земле предков. Еврейские деятели в России и Восточной Европе делились на палестинофилов и америкафилов. Крупнейшая еврейская газета на английском языке, выходившая в Иерусалиме в первой половине нашего века, называлась "Palestine Post", и лишь после возникновения Государства Израиль она была переименована в "Jerusalem Post" – возможно, отчасти потому, что к тому моменту – моменту провозглашения, согласно решению ООН, Государства Израиль, - четыре пятых исторической Палестины находились в арабских руках (но, разумеется, не "палестинских", а иорданских, сирийских и египетских).
А что касается арабов, живших на территории турецкой провинции Палестина или (позднее) британской подмандатной территории Палестина, то палестинцами они себя просто не называли никогда - пока не начали бороться за уничтожение еврейского государства на земле Палестины. Подчеркнем еще раз: на политической карте мира никогда (никогда – ни две тысячи, ни пятьсот, ни сто лет назад, ни до 1967 г., как могут считать наивные и невежественные читатели газет) не было такого государства – ни арабского, ни какого иного. Крупнейший специалист по арабскому Востоку проф. Бернард Льюис говорил в интервью влиятельному журналу “Commentary Magazine”: “С конца существования Еврейского государства в древности и вплоть до Британского мандата регион, ныне обозначаемый как Палестина, никогда не был страной и не имел четких границ, только административные пределы”.
И “палестинского народа” - отличающегося от всех иных по языку, духовной и материальной культуре и социально-политическим узам – не было и нет. В метафорическом плане палестинцами могут называться все обитатели историко-географического региона Палестина – израильские евреи (именно так они часто и назывались до провозглашения независимости Государства Израиль); арабы, заселившие Иудею и Самарию (исторические еврейские области, известные на нынешнем леволиберальном жаргоне как Западный Берег); и арабы с бедуинами, поселившиеся за рекой, на восточной берегу (и, соответственно, названные потакавшими им в нарушение международных соглашений англичанами, транс-иорданцами, а позднее иорданцами). На этом месте нелишне вспомнить о некрасивой роли Великобритании в формировании нынешней, едва ли разрешимой и трагической для всех ситуации.
Палестина и "Палестина" в Британском и арабском смысле
Новая волна политических дискуссий вокруг понятия Палестина поднялась в мандатный период - с 1918 по 1947 годы. Англичане, получив от Лиги Наций – прообраза нынешней ООН – мандат на управление Палестиной, отдаленной провинцией распавшейся Турецкой империи, должны были подготовить условия для создания еврейского государства – именно для этого международное содружество и разрешило англичанам временное административное управление территорией бывшей турецкой провинции. Вместо этого тогдашние британские власти постарались сделать все от них зависевшее, дабы не допустить превращения "Подмандатной Палестины" или хотя бы маленькой ее части снова в Эрец Исраэль. Едва издав Декларацию Бальфура (любопытно, что она была опубликована в английских газетах в один день с сообщением о большевистском перевороте в России), они стали всячески ограничивать и урезать обещанное. Так от еврейского государства, еще не успевшего родиться, были отрезаны три четверти исторической Палестины - все земли к востоку от реки Иордан. Позднее англичане помогли создать там бедуинское княжество Транс-Иорданию (буквально - "Заиорданье"), которое впоследствии было переименовано в Королевство Иордания. Сделано это было для ублажения мелкого князька Абдаллы, изгнанного родственниками из Саудовской Аравии и обещавшего англичанам быть “полезным арабом”. В силу этого англичане запретили (опять же в нарушение мандата) евреям селиться на восточном берегу Иордана, а несколько существовавших там селений были срыты. Назвать новосозданное государственное образование как-либо иначе, нежели “Транс-Иордания”, они затруднились, ибо не хватило ни воображения, ни исторических корней.
На севере англичане “уступили” французам, владевшим на основе мандата бывшей турецкой провинцией Сирией, Голанские высоты – чтобы спрямить границу. Так, район Голана, бывший всегда частью Земли Израиля и Палестины, оказался на территории новообразованного арабского государства Сирия – никогда ранее в истории арабами не управлявшегося. Голаны были освобождены от сирийских арабов в 1967 г., после неудачной попытки использовать эти высоты, доминировавшие над Галилеей, в качестве плацдарма для нападения на Израиль. Разумеется, сейчас Сирия при поддержке “мирового сообщества”, столь же невежественного, сколь и запуганного арабами, требует Голаны себе.
Вернемся к англичанам. Кромсая на куски вверенную им Палестину и бросая эти куски арабам направо и налево (про налево – Заиорданье – мы уже говорили; направо – кусок исторической Земли Израиля, граничивший с Синаем, они оттяпали у Турции в пользу управлявшегося Великобитанией Египта еще в 1906 г.), англичане следовали политике, выгодной Британской империи и тому сорту еврейских либералов, которые, говоря словами британского государственного деятеля сэра Джорджа Каннинга, "горячие патриоты всего мира, друзья всех стран, кроме своей собственной". А среди палестинских еврейских лидеров всегда преобладали те, кто следовал политике кота Леопольда, провозглашая в ответ на погромы и террористические акты: "Ребята, давайте жить дружно!". Они даже придумали концепцию "палестинского национализма", который, по мысли прекраснодушных мечтателей, должен был объединить евреев и арабов.
Сами арабы в эти глупости не играли. Видные арабские деятели, включая "палестинских", изначально отрицали наличие такого явления, как Палестина. Более того, они считали, что “Палестина” - это термин, который придумали сионисты. “Наша земля всегда была частью Сирии. “Палестина” нам чужда. Это изобретение сионистов” (из свидетельства одного из арабских лидеров британской Комиссии Пиля в 1937 г.). “В истории не существует такого явления, как Палестина, - абсолютно нет ничего похожего”, - заявил арабский историк, профессор Филип К. Хитти Англо-Американскому Комитету по расследованию положения в Палестине в 1946 году.
"Все знают, что Палестина есть ни что иное, как южная часть Сирии", - заявил десять лет спустя, в 1956 году, перед Генеральной Ассамблеей Организации Объединенных Наций основатель и первый глава ООП Ахмед Шукейри, в то время представитель Саудовской Аравии в ООН. Уместно заметить, что эта Организация Освобождения Палестины возникла задолго до 1967 года и ставила своей целью отнюдь не освобождение отошедших к Государству Израиль в результате Шестидневной Войны земель, как ошибочно думают многие. Нет, речь изначально шла об освобождении - от евреев - всей Палестины. И уж совсем немодно нынче говорить, что “освобождение” Палестины Арафатом и его боевиками было задумано не только от Израиля, но и от Иордании. Создав практически государство в государстве в Иордании, этот выходец из Египта попытался свергнуть короля Хусейна, но не преуспел и после истребления тысяч своих сторонников иорданскими войсками сумел перебазироваться в Ливан (который вскоре оказался ввергнут им в гражданскую войну).
Упомянув выше, что Арафат родился в Египте (он говорил с сильным египетским акцентом, смешившим палестинских арабов), мы должны коснуться вопроса: откуда вообще взялись миллионы арабов в Палестине. На протяжении последних столетий управляемая турками Земля Израиля была практически пуста. Британский консул доносил правительству в 1857 г.: “Страна в значительной степени свободна от жителей, и таким образом существует сильнейшая нужда в населении”. Десятилетие спустя Марк Твен в книжке “Простаки за границей” писал: “Ни видно ни единой деревни на всем протяжении [Изреельской долины] – на тридцать миль в любом направлении. Можно проехать десятки миль и не встретить и десятка людей. ... За таким одиночеством, что нагоняет тоску, поезжайте в Галилею... Назарет заброшен... Иерихон лежит в истлевающих руинах... Вифлеем и Вифания покоятся в бедности и убогости, не призреваемы ни единым человеческим существом... Заброшенная страна, чья почва богата, но предана лишь бурьяну... безмолвное, траурное пространство... Никто не встретился нам на всем нашем пути... Нигде ни деревца, ни кустика. Даже оливы и кактусы, эти друзья бесплодной земли, практически покинули эту страну... Палестина сидит в рубище и во прахе, опустошенная и неприветливая...”
Возрождение этой опустошенной земли началось в 1880-е годы первыми еврейскими поселенцами. И с преображением земли – орошением, прокладкой дорог, посадкой садов и лесов – в страну потянулись сотни тысяч арабов из сопредельных столь же заброшенных и пустынных областей, привлеченные возникновением рабочих мест и лучшими условиями жизни, которые создали евреи. Официальная турецкая перепись 1882 г. насчитывает только 141 тысячу мусульман. Спустя сорок лет, в 1922, их число возросло до 650 тысяч, или на 450%. В 1938 году арабов стало более миллиона – или увеличение на 800% за 56 лет. Немыслимо объяснить это естественным приростом – даже если арабы рожают так, как они рожают. Например, в 1944 г. они уверяли, что прирост составлял 334 на тысячу. Это ровно в четыре раза больше, чем в сопредельном Египте, и в три раза выше, чем в Ливане и Сирии, – где естественный прирост и так один из самых высоких в мире. Показательно, что наибольшая концентрация арабов была зафиксирована в местах, колонизованных евреями.
Арабы массированно стекались в Палестину, привлеченные еврейским преображением страны. В 1922 г. британский губернатор Синайского полуострова писал, что “незаконная иммиграция арабов идет не только с Синая, но и из Транс-Иордании и Сирии”. В 1930 г. комиссия Хоупа-Симпсона, работавшая по заказу мандатных властей, докладывала, что “списки безработных крайне раздуты иммигрантами из Транс-Иордании”, и далее: “незаконная иммиграция из Сирии и через северную границу Палестины весьма существенна”. Сами арабы также свидетельствуют об этом: Тефик Бей эль-Хурани, губернатор сирийского района Хауран, пограничного с Палестиной, признавал, что только за несколько месяцев 1934 г. более 30 тысяч сирийцев перебрались из Хаурана в Землю Израиля. Масштабы незаконной арабской инфильтрации комментировал даже британский премьер-министр Черчилль, заметив в 1939 г., что [в Палестине] “арабов не только что не притесняют, но они стекаются туда толпами и умножаются”. Было это сказано в 1939 г., когда англичане всячески противодействовали приезду в Палестину еврейских беженцев из Европы.
Малькольм Мак-Дональд, один из основных авторов британской Белой Книги (1939), законодательно ограничившей въезд евреев в Палестину, признавал, что если б не наличие в стране евреев, количество арабов вряд ли достигло б и половины их нынешнего числа.
Таким образом, евреи, особенно прекраснодушно-наивные пионеры, мечтавшие о новой "ханаанейской" общности евреев и арабов на библейской земле, не только не вытесняли арабов, но и явились главной причиной арабской иммиграции. Причем иммиграции, часто незаконной даже с точки зрения дружественно к арабам расположенной британской администрации.
Новопереселенческий характер арабского населения подмандатной Палестины весьма характерно отразило постановление ООН о так называемых беженцах. "Беженцами" признавались те арабы, которые жили на территории, отведенной решением Генеральной ассамблеи под еврейское государство, в течение двух лет. И бежали они, понуждаемые армиями пяти сопредельных арабских стран, вторгшихся на территорию Израиля, чтобы уничтожить его - а вместе с тем и резолюцию ООН.
Ни захватившие в 1948 сектор Газа египетские арабы, ни овладевшие Иудеей и Самарией плюс половиной Иерусалима иорданские арабы не только не позаботились о создании арабского государства "Палестина", но и не предоставили жителям этих территорий гражданских прав.
Кстати, о Египте. Не только Арафат, но и ряд других видных "палестинцев" фальсифицировали свои анкетные данные враньем о "палестинском происхождении". Любимый западной леволиберальной общественностью недавно умерший профессор Колумбийского университета Э.Саид, резкий критик Запада за колониализм и империализм, а также Арафата - за мягкотелость по отношению к Израилю (!), уверял в своем коренном происхождении из Иерусалима. Расследование авторитетного журнала "Commentary" установило, что Саид происходил из Каира.
Когда возникли "палестинцы"
Член Исполнительного комитета ООП Захир Мухсейн четко выразил идею "палестинства" в интервью голландской газете "Троув" в 1977 (31 марта): "Палестинский народ не существует. Создание палестинского государства - это только средство продолжения нашей боьбы против государства Израиль во имя нашего арабского единства. Реалистично говоря, не существует различия между иоданцами, палестинцами, сирийцами и ливанцами. Лишь только для политических и тактических целей мы говорим сегодня о существовании палестинского народа, поскольку арабские национальные интересы противостояния сионизму требуют декларации существования особого "палестинского народа". Из-за тактических целей Иодания, которая представляет собой суверенное государство с установленными границами, не может требовать отдачи ей Хайфы, Яффы, Беер-Шевы и Иерусалима. Однако лишь только мы установим наше господство над всей Палестиной, мы в ту же минуту объединим Палестину и Иорданию".
Когда Арафат не сумел отобрать власть в Иордании у короля Хусейна и когда иорданские власти отказались от притязаний на восточную часть Иерусалима и Западный берег, ООП сосредоточила свои усилия на притязаниях на часть Палестины от Иордана до Средиземного моря. Именно так они изображают территорию будущего арабского государства "Палестина" на картах и в школьных учебниках. После ханаанейцев и филистимлян начинаются сразу арабы; про евреев - ни про Государство Израиль, ни даже про древние Израильское и Иудейское царства - не говорится ни слова. Описывая святые города Иерусалим, Вифлеем или Хеврон учебник упоминает только мусульманские и христианские храмы и святыни. Про то, что евреи имеют к этим городам хоть какое-то отношение, речи нет.
Арабы, населявшие Палестину, стали ассоциировать себя с древними филистимлянами и говорить о собственной государственности лишь сравнительно недавно - когда они поняли, что соседним арабским режимам - ни Иордании, ни Сирии - неинтересно иметь дело с малоуправляемыми членами профессиональных террористических отрядов и их семей, живущих преимущественно на деньги из евро-американских международных благотворительных фондов.
Все это тем не менее не мешает некоторым европейским историкам совершенно анахронистически называть, например, Иисуса "палестинским крестьянином". Другой католический специалист по семитской филологии берется именовать Ахиша (традиционно называемого по-русски Анхусом), филистимлянского царька Гата, с которым воевал царь Давид, "Палестинским предводителем". Надо ли объяснять, что ни во времена Иисуса, ни при царе Давиде никто не знал слова "Палестина" или "палестинский" (Palestine)?
Хотя бы только то, с каким восторгом "палестинцы" откликнулись на посулы Саддама Хусейна незадолго до войны в Персидском заливе объединить арабскую нацию, и то, как они проявили себя во время Войны, доказывает, что "палестинский национализм" или "национальные чувства палестинского народа" есть ни что иное, как фикция леволиберального воображения.
"Концепция "палестинского национального движения" есть фантазия всяких публицистов в Израиле и на Западе, указывает видный британский специалист М. Кон. До сего дня никто из арабов не употреблял этот термин в своих (написанных по-арабски и для арабов) работах, - писал около десяти лет назад профессор Йехошуа Порат из Иерусалимского университета, специалист по истории палестинских арабов. - Палестинские жители очевидным образом наиболее явно и в крайней степени выражают свою приверженность пан-арабистской позиции в арабском национализме. Вот почему они всегда встают на сторону того, кто обещает после объединения арабского мира соединенными усилиями освободить Палестину, очистить ее от сионистов и восстановить ее арабский характер".
Фейсал Хусейни, представитель ООП в Иерусалиме, говорил незадолго до своей смерти в 2001 г. египетской газете "Аль Арав", что Ословские договоренности следует рассматривать как "временные меры", чтобы "одурачить израильтян и устроить на них засаду". "Осло, - заявил Хусейни, - следует рассматривать как Троянского коня".
Что ожидает израильтян, когда арабы вылезут из Троянского коня, - понятно. Но также достаточно очевидно, что может ожидать палестинских арабов в результате правления ООП. Процитируем статью Д.Сэмюэлса "В разрушенной стране: как Арафат уничтожил Палестину" в недавнем (сентябрь 2005) номере журнала "Atlantic Monthly". В ней есть масса поразительного материала, полученного из первых рук, - от ближайшего окружения Арафата: проговорки, слухи про СПИД как причину его смерти и др. Итак, "Экономика палестинских территорий, которая переживала поразительно высокий рост после 1967 г., когда она перешла от иорданского и египетского правления к израильтянам, остановилась в развитии и стала падать. Меньше, чем за десять лет, Ясир Арафат и его клика ухитрились разрушить не только экономическое здоровье, но и значительный моральный капитал, полученный палестинцами за два с половиной дестилетия израильского военного управления".
И вот теперь не проходит недели без сообщений либо о терактах, либо об успешном предотвращении теракта, и каждый день Америка и Европа не устают напоминать Израилю о необходимости следовать "Дорожной карте". В том, что эта карта приведет арабов раньше или позже к уничтожению Израиля, вряд ли приходится сомневаться. Кончится ли на этом дорога? С какой стати! Она естественно выведет к борьбе за установление исламского халифата в Европе и за покарание "большого Сатаны" - Америки. Израиль, в конце концов, как говорил аятолла Хомейни, лишь "маленький Сатана".
http://www.polit.ru/analytics/2005/09/20/phalastyn.html
