Личное дело
Михаил Хазин, экономист, руководитель компании экспертного консультирования «Неокон»
Окончил механико-математический факультет МГУ, кафедру теории вероятностей.
Работал в Институте физической химии АН СССР и в Институте статистики и экономических исследований ЦСУ СССР.
В 1994–1998 годы работал в Министерстве экономики РФ, был начальником департамента кредитной политики министерства и замначальника экономического управления президента РФ. В докладе Борису Ельцину сообщил, что, если не принять экстренных мер, осенью 1998 года в России будет дефолт.
В 2003 году вместе с А. Кобяковым выпустил книгу «Закат империи доллара и конец Pax Americana», в которой предсказал грядущий финансовый кризис.
...Давайте разбираться в причинах кризиса. С XVI века человечество живет в рамках новой модели экономического развития — научно-технического прогресса (до этого экономика мира основывалась на натуральном хозяйстве с незначительной долей торговли). И вот теперь эта модель, существующая почти пять веков, заканчивает свое существование. А что приходит ей на смену, не знает никто.
— Но почему именно сейчас?
Ниже есть продолжение.
— Модель научно-технического прогресса действовала через возникновение и конкуренцию технологических зон. За всю историю человечества было всего семь попыток создать технологические зоны, из них пять успешных. Успешные — это Великобритания, она была первой, затем Германия, США, Япония и СССР. Неуспешные проекты — Франция и Китай. Франция просто не смогла сформировать свою технологическую зону — слишком тяжело дались наполеоновские войны в конце XVIII — начале XIX века. А Китай отказался от идеи создать свою технологическую зону и вместо этого встроился в американскую. Сама модель устроена таким образом, что зоны должны расширяться, поскольку только так можно окупить те деньги, что потрачены на инновации. Соответственно, если зоны не могут расширяться дальше, начинается кризис. Таких кризисов в истории человечества было три: в конце XIX века, который продлился до Первой мировой войны, потом кризис 70-х годов XX века и, наконец, нынешний кризис. И этот кризис — последний. Потому что расширяться дальше физически невозможно, сейчас весь мир — единая технологическая зона с центром в США.
— А почему вы Великую депрессию не включаете в этот список?
— Потому что Великая депрессия была обычным циклическим кризисом, просто очень мощным. Она длилась с 1930 года и до начала Второй мировой войны, фактически 10 лет. И непонятно, когда бы закончился кризис, если бы не война — ведь она подстегнула производство. Нас же ждет тяжелая депрессия на 20–25, а то и 30 лет.
— Почему именно 30?
— Острая стадия кризиса, в которой мы сейчас находимся, продлится от трех до пяти-шести лет. Во время Великой депрессии острая стадия-то есть резкий спад спроса — продолжалась с весны 1930 по конец 1932 года. Это два с половиной года. Но сейчас и кризис сильнее, и масштаб больше, поэтому я думаю, что в острой форме кризис продлится пять лет.
А дальше все понятно: когда мы упадем до минимума спроса, в мире останется работать только половина ныне существующих заводов, потому что больше продукции не будет востребовано. Ресурсов этих заводов хватит на 25–30 лет, после этого появится смысл инвестировать в производство, потому что иначе просто не на чем будет работать. Итого плюс к пяти годам острого кризиса — ещё 25–30 лет Величайшей депрессии, назовем её так.
http://trud.ru/article/2009/08/19/mixail_xazin_belye_vorotnichki_pojdut_v_dvorniki.html
http://www.pravo.ru/review/view/15716/
